Школа красоты с экспертом. Урок №2 — Как бороться с возможными осложнениями после филлеров

Мы продолжаем наш цикл статей об инъекционной косметологии и о том, как поддержать красоту, не навредив своему здоровью.  В прошлый раз наш эксперт рассказала о том, что такое филлеры, какие они бывают, как сделать правильный выбор и обезопасить себя от опасных последствий некачественных инъекционных препаратов. В этот раз поговорим о том, что делать, если после уколов красоты все же начались осложнения.

Наш эксперт – доктор медицинских наук, врач высшей категории, профессор кафедры дерматовенерологии и косметологии ФГБУ ДПО ЦГМА УДП РФ, ведущий косметолог Института пластической хирургии и косметологии Евгения Владимировна Иконникова. Ей – слово.

Как показывает практика, люди очень мало знают об инъекционной косметологии. Да и общедоступной достоверной информации по этой теме крайне мало. Некоторые ищут сведения в интернете и, не обладая медицинским образованием, даже пытаются читать научные статьи.  К сожалению, отмечает косметолог, искать информацию они начинают уже после того, как что-то сделали со своим лицом и столкнулись с осложнениями. К Евгении Владимировне регулярно обращаются пациенты с последствиями неверно проведенных манипуляций или введения фальсифицированных препаратов. Увы, их вылечить совсем не просто. Зачастую таких пациентов приходится даже направлять к хирургу, и только после уже – с рубцами от хирургических вмешательств – снова к косметологу. Давайте разберемся, как этого избежать.

1. Не упустить время

Трудно поверить, но пациенты редко связывают ухудшение здоровья с недавними косметологическими инъекциями. Вместо обращения к косметологу они начинают долгий и бесполезный поиск причин у других специалистов. Все потому, что осложнения от филлеров проявляются не сразу, и люди просто не видят связи.

Чаще всего проблема начинается с внезапных отёков на лице, особенно по утрам. Иногда только на одной половине лица, а потом в течение суток во всех других областях введения филлера — например, под глазами или вокруг глаз. Не понимая, что происходит, пациент ищет ответ в интернете и наталкивается на описание отёка Квинке (или ангионевротического отека, что то же самое) — опасной аллергической реакции, угрожающей удушьем. В панике он вызывает скорую.

В больнице таким пациентам обычно диагностируют ангионевротический отек под вопросом, применяют полагающуюся в таких случаях терапию. Отек достаточно быстро спадает, но лишь на время. Затем следуют новый отек и новое обращение в скорую помощь.

После повторной госпитализации врачи понимают, что речь идет о другом диагнозе, и пациента направляют к терапевту в поликлинику.  Там начинается новый цикл мучений от неизвестности: терапевт проверяет различные версии, направляя пациента то на одни, то на другие анализы и исследования, а затем и к узким специалистам, но все они разводят руками. А время идет. И не просто идет, а уходит.  Есть три стадии формирования воспалительных реакций, и чем больше времени проходит, тем сильнее нагрузка на иммунную систему и тем вероятнее возникновение либо необратимых, либо тяжело обратимых изменений – гранулем и воспалительных узлов иммунного характера.  Обнаружив у себя в тканях какие-то уплотнения (это воспалительные узлы), пациент начинает подозревать онкологию, тем более что к ним постепенно могут добавляться краснота, температура и другие симптомы.

Согласно курсу на онконастороженность, из поликлиники пациента, который к этому времени уже находится в состоянии серьезного стресса, направляют к онкологу. В онкологии специалисты для уточнения диагноза могут предложить биопсию (взятие образца тканей из новообразования). Евгения Владимировна поясняет: «Расширенная хирургическая биопсия – это не как в эстетической медицине, где делают аккуратно, косметически и бережно – это большой объем ткани, чтобы все захватить, а речь идет о лице. Появляются втянутые рубцы, нарушение мимики и так далее».

Патоморфологи и гистологи, которые исследуют ткани, взятые в ходе биопсии, далеко не всегда знают, как выглядит в тканях реакция на филлеры или они сами, поэтому онкологический диагноз может долго оставаться под вопросом.

«Когда я только начинала заниматься этой темой, мне самой пришлось разбираться в гистологии, чтобы на тех фотографиях, которые мне присылали, идентифицировать филлер. Сейчас мы с гистологами стараемся быть на связи, но страна большая, и недостаток информации по-прежнему велик», — с огорчением говорит наш эксперт.

Важно помнить, что решение при таких осложнениях простое: при первых симптомах нужно сразу обратиться к косметологу, который делал инъекции. Ранняя терапия помогает избежать тяжёлых последствий без хирургических вмешательств и других радикальных мер. То, что осложнения от применения филлеров не редкость, знают далеко не все врачи — и тем более пациенты.  Важно информировать об этом и тех, и других, чтобы начинать подходящее лечение вовремя.

2. Правильно ухаживать за собой после процедур

Правила ухода после процедур инъекционной косметологии очень важны! Опасно, когда пациент их не соблюдает, и опасно, когда он в этом слишком усердствует. И то, и другое может привести к осложнениям.

Как можно переусердствовать в уходе? Например, доктором предписано несколько раз в день аккуратно промокнУть кожу антисептиком: хлоргексидином или мирамистином. Однако пациент для верности берет спиртовой раствор и другие радикальные средства и начинает ими буквально натирать лицо или делать примочки, что приводит как минимум к раздражению и сухости кожи, а как максимум – к химическому ожогу.

То же с массажем. Пациенту после некоторых процедур показан легкий массаж – определенное количество раз и определенное количество дней. Но желая действовать наверняка, некоторые делают его не 5, а 25 раз в день, с силой и иногда с подручными средствами (скребком гуаша или массажерами). И вместо восстановления тканей пациент сталкивается с перемещением препарата туда, куда его не вводили. Чаще, конечно, бывает наоборот — про уход забывают, что тоже очень плохо.

После процедуры врач обязательно рассказывает, что можно делать, а чего нельзя, однако порой первые нарушения инструкций происходят прямо в косметологическом кабинете. Пациентка, увидев у себя после процедуры синячок, тянется за пудрой, чтобы его замаскировать, несмотря на предупреждение, что в первые сутки делать это категорически нельзя.

3. Относиться к уколам красоты как к серьезным процедурам

Многие пациенты, как уже было сказано, зачастую относятся к косметологическим инъекциям совершенно не серьезно: они не помнят, что и когда делали, и не знают, что им вводили. 

Это связано с тем, что в СМИ и в интернете, в том числе в запрещенных соцсетях, об уколах красоты много говорят люди, которые не являются врачами. «Они показывают несуществующую, нереальную картинку: красивые девушки с длинными ногтями без перчаток и с распущенными прямо на пациента волосами, порхая, в окружении подружек и комнатных собачек в симпатичной квартире делают друг другу уколы. Все это легко и несерьезно. А потом пациенты с осложнениями идут по тому кругу, который я описала ранее», — говорит Евгения Владимировна.

«Бьюти-блогеры обучаются сами по каким-то видео, потом учат других. Получаются настоящие секты, и их у нас и в других странах уже тысячи. При этом они очень агрессивно себя пиарят, и таким образом, в частности, дискредитируют врачей, утверждая, что для инъекционной косметологии никакого образования не нужно, зато это приносит много легких денег, — дополняет косметолог. — Такие непрофессионалы делают очень красивые страницы в интернете, активно прибегая к коррекции фото. И с фотошопом это реально просто. Бывает, что к нам приходят люди и спрашивают, действительно ли возможно все это сделать всего за 1 сеанс? Да, но только за 1 сеанса фотошопа, а не настоящих процедур!» 

Обращаться нужно к врачам-косметологам — специалистам с медицинским образованием. А если возникнут осложнения, то в первую очередь к тому, кто проводил процедуру. Если же это был псевдоврач, нужно идти к дерматологам и косметологам как к первым специалистам, которые работают с такого рода проблемами. И поскольку речь идет о лице, пациент должен знать, что ему делали. Лучше всего записать – когда, что и куда вводили.

Настоящие врачи из лицензированного медучреждения всегда ведут медицинскую документацию, и в любой момент по запросу пациента могут сделать выписку о том, какие инъекции были выполнены. Эта информация присутствует и на документе об оплате. А вот если процедуру делали где-то на дому или в «подвале», то необходимо себя обезопасить – как минимум сфотографировать упаковку того, что вводили пациенту (серийный номер препарата или наклейку).

Увы, даже наличие красивых упаковок и наклеек не гарантирует законное происхождение продукта. Подпольные косметологи склонны экономить и зачастую закупают китайские фальсификаты, которые могут стоить в разы дешевле, чем оригинальный препарат, и представлять собой вместо гиалуроновой кислоты силикон.

«Были случаи, когда в таких подпольных кабинетах пациентам вводили вазелин. Были в моей практике ситуации, когда девушки сами кололи себе сыворотки и гели для наружного применения, потому что в составе была указана гиалуроновая кислота, и они посчитали, что могут их использовать как биоревитализант или филлер», — делится печальным опытом Евгения Владимировна.

«Как люди до этого додумались? Возможно, это связано с недостатком образования. Может, виной тому отсутствие самокритики и инстинкта самосохранения. Потом он включается, но уже поздно», — заключает доктор.

Беседовала Александра Комарова

Все фото, кроме фото эксперта, сгенерированы нейросетями